Копьё Пересвета

Рубят рубль

Автор: Михаил Делягин

 

Глобальная конкурентная борьба носит всеобъемлющий характер. В ее центре находится яростная деятельность Западного блока во главе с США по созданию тотального доминирования в форме "всемирного правительства". Как в уличной драке, в ход идет всё, что подвернётся под руку и может нанести ущерб врагу.
Один из наиболее часто и эффективно применяемых инструментов, который можно считать формой нового, организационного оружия, — манипулирование валютным курсом противника. В самом деле: валютный курс оказывает огромное влияние на состояние страны и самочувствие народа. Прежде всего он является определенным символом. В ситуации его стабильности — возникает предсказуемость условий для деятельности всех экономических субъектов. А дестабилизация курса подрывает развитие просто потому, что на время лишает субъекты экономики понимания ситуации, и они просто в целях самосохранения сокращают свою активность.
Укрепление валюты способствует привлечению иностранных кредитов, но тормозит текущее развитие, облегчая импорт и затрудняя экспорт, — а тем самым и будущее возвращение набранных долгов. Поэтому завышенный курс валюты, позволяя политикам гордиться собой, закладывает проблемы для будущего развития и часто вызывает разрушительные девальвации.
Заниженный же курс валюты подстегивает развитие экономики, содействуя экспорту, импортозамещению и притоку иностранного капитала, получающего возможность "по дешевке" скупать местные активы. Последнее улучшает экономические показатели ценой усиления зависимости от внешних факторов и ослабления суверенитета.
Существенная девальвация обесценивает сбережения населения и накопления предприятий в национальной валюте, ускоряя при этом инфляцию. Хотя она и повышает конкурентоспособность переживших ее субъектов экономики, ее цена (в том числе и социально-политическая) так высока, что государства стремятся избежать её всеми силами.
Внешнее манипулирование валютным курсом может вестись самыми разными способами: от прямой спекулятивной атаки (так Сорос в 1992 году на 7 лет остановил валютную интеграцию Европы) до информационного воздействия на рынок при помощи как убеждения ключевых фигур в полезности той или иной политики, так и заявлений маркетмейкеров.
Классическим примером неосторожного заявления, существенно изменившего ситуацию на валютном рынке, стали слова министра финансов России Силуанова об изменении порядка приобретения государством валюты и возможном из-за этого повышения курса доллара на 1-2 рубля. Понятно, что это вызвало немедленную паническую реакцию рынка и соответственно населения: при наличии контроля Банка России за валютным рынком это вынудило бы его провести небольшую валютную интервенцию для успокоения "горячих голов", и после успокоения спекулятивных настроений постепенно откупить потраченное обратно.
Однако в рамках либеральной доктрины самоустранения государства от своих ключевых обязанностей (в рамках пресловутой "презумпции избыточности госвмешательства") Банк России практически самоустранился от обеспечения стабильности валютного курса в рамках абсурдно расширенного "валютного коридора", предоставив спекулянтам свободу рук. И более того, финансовый блок правительства косвенными методами может содействовать общей дестабилизации политической обстановки.
В целом некоторое ослабление рубля давно назрело: торможение экономического роста, вызванное в том числе и присоединением к ВТО на заведомо кабальных условиях, в ситуации принципиального отказа государства от реализации политики модернизации просто не оставляло другого способа подхлестнуть экономику. Кроме того, значительное количество осуществляющихся в России проектов перешло из инвестиционной стадии к производственной и, соответственно, стало нуждаться не в сильном рубле, позволяющем привлекать внешние кредиты, а в рубле слабом, облегчающим сбыт продукции.
Несмотря на общую позитивность этой меры, нельзя не отметить характер ее осуществления — не сознательно спланированный государством, а внезапный для него, "нечаянный" (что следует из последовавших заявлений, дезавуировавших высказывание Силуанова, и вырвавшейся даже у уравновешенного министра экономического развития Белоусова фразы о том, что противники ослабления рубля являются "американскими агентами"). Не может пойти на пользу государству и резкое оживление спекуляций, — возможно, усиленное сменой руководства Банка России и желанием части его недобросовестных сотрудников поживиться на инсайдерской торговле в опасении "смены команды" и возможного увольнения.
Наконец, вынужденное ослабление рубля имеет весьма существенные политические последствия, ибо наряду со многими событиями последнего времени, включая ухудшение экономической конъюнктуры, фактически дезавуирует идею стабильности как главного достижения Путина и наносит удар по его имиджу.
Болезненность этого удара многократно усугубляется моментом нанесения — в разгар скрытого, но весьма напряженного конфликта по поводу Сирии не с одними лишь США, но практически со всем Западом.
Конечно, обвинять Силуанова в том, что он сознательно хотел дестабилизировать и накалить обстановку в России своим заявлением неправомерно. Но, сознательно или нет, этот шаг стал важным элементом в общем информационном наступлении либерального клана на своих политических противников. 
Другие элементы — распускание слухов об отставке Белоусова и его выводом из Правительства, фиктивное "увольнение" Якунина, требование Дворковича уволить Миллера, Сечина и того же Якунина и намерение премьера Медведева сократить госрасходы следующих трех лет, озвученное сразу после ухода Белоусова с поста министра экономики. 
На этом фоне ослабление рубля, внешне едва ли не нечаянное, выглядит примером эффективного и, главное, скрытого применения организационного оружия.

Создание и поддержка сайта Doweb.pro

© 2011-2018 Изборский клуб. Все права защищены.

Яндекс.Метрика